Олег Новиков: На протяжении пяти-восьми лет объем книжного рынка может удвоиться, это индустриальная повестка

4

Президент издательской группы «АСТ-Эксмо» Олег Новиков рассказал АБН о ситуации на российском книжном рынке. Новиков настроен оптимистично: объем книжного рынка в ближайшие пять-восемь лет удвоится, книжная инфраструктура идет в регионы. Большие перспективы могут быть и у цифровых образовательных платформ — например, у платформы «Российского учебника», которых входит в холдинг «Эксмо-АСТ».

Как можно охарактеризовать ситуацию на книжном рынке в России сегодня?

Мы отмечаем, что последние два года книжный рынок растет, и уже можно говорить о некотором устойчивом цикле. С 2009 по 2012 годы мы наблюдали снижение; с 2013 по 2015 годы – стагнацию; в 2016-2017 годах – рост на уровне 5-7%. И мы надеемся, что в этом году тенденция сохранится, и, вообще, на протяжении последующих пяти лет мы прогнозируем именно такой рост – в 5-7%. При сохранении таких темпов роста на протяжении пяти-восьми лет объем книжного рынка может и удвоиться – это такая индустриальная повестка. Уверенно можно говорить о том, что динамика рынка электронных книг сохранится – они демонстрируют более 40% роста в год. Такое происходило в прошлом году и продолжается сейчас. Также развиваются интернет-продажи (магазины «Лабиринт», «Озон») и продажи бумажных книг.

Что же касается специализированной книжной розницы, то ситуация такова: в прошлом году было открыто 150 книжных магазинов, и в этом году многие наши партнеры говорят о планах развития и расширения розницы. Да, в масштабах всего ритейла это, может быть, немного, но для нас это значимый показатель. Ведь книжные магазины, помимо всего прочего, – это еще и хорошие традиции, социокультурный досуговый формат. В книжные магазины принято ходить за эмоциями, и это касается не только Москвы и Петербурга. В других городах магазины большого клубного формата также важны. Наши коллеги рассматривают открытие магазинов в городах с численностью от 50 тыс. человек, что говорит о перспективе хорошего развития в ближайшие два-три года.

Но при этом последние два года некоторые книжные магазины все же закрывались. Например, закрылась «Москва» на Воздвиженке, которая существовала в клубном формате. Это единичный случай? Или просто одни сети успешные, а другие менее успешные?

Определенная конкуренция есть: одни сети успешнее, другие – нет. Но, насколько я знаю, на Воздвиженке открылась «Республика». То есть сменился оператор, но сам магазин остался. Понятно, что арендные ставки, особенно в центре Москвы, высоки, и не все могут выплачивать аренду, потому что книжные магазины конкурируют не только между собой, но и с другими FMCG-ритейлерами. И это достаточно тяжелая конкуренция.

Если с Москвой и Петербургом все более или менее понятно, то что можно сказать о регионах?

Да, в столицах инфраструктура для чтения отлично развита. То же можно сказать и о ряде регионов России. К счастью, сегодня наличием книжных магазинов, библиотек, книжных фондов, большим их количеством, заинтересованностью со стороны жителей в чтении и их потребностью в вышеперечисленном – а это основные характеристики качественной книжной инфраструктуры – могут похвастаться многие города. Например, по сводному индексу развития инфраструктуры для чтения лидирует Чувашская республика. По сравнению с другими регионами здесь лучше других развито книгораспространение. По доступности и качеству библиотечных фондов в лидерах – Белгородская и Магаданская области, республика Татарстан. Хорошим литературным потенциалом могут похвастаться Свердловская и Кемеровская области. Так что динамика развития и роста книжного рынка будет зависеть от флагманских регионов, за которыми будут стремиться все остальные.

Недавно стало известно, что правительство России может повысить НДС на книги. Как прокомментируете эту инициативу?

Безусловно, это будет сильный удар по книжному рынку. Если сравнить цены на книги в России и Европе, то мы увидим, что они существенно отличаются — у нас в 2–2,5 раза ниже. Это касается и бумажных, и электронных книг. При этом уровень затрат у нас вполне сопоставим с европейским, где-то даже выше, но мы, учитывая покупательскую возможность читателей, не можем себе позволить повышать цены или экономить на авторах и их зарплатах. Увеличение НДС больно ударит по потреблению книг. При этом треть рынка сегодня – это учебная литература для школ, куда также входят учебники, закупаемые на бюджетные деньги, и рабочие тетради, приобретаемые родителями. И это важный социальный фактор. Поэтому я надеюсь, что эта инициатива не найдет поддержки.

Вы говорили про сегмент образовательной литературы. Какие еще сегменты книжного рынка помимо этого растут в настоящий момент?

Рост образовательной литературы составил 20% – это самый быстрорастущий сегмент книжного рынка. На втором месте – детская литература. Это связано с тем, что здесь объективно не может появиться электронный формат, нет потерь от пиратства, которое больно бьет по художественной литературе, и она по-прежнему стагнирует, несмотря на рост электронных продаж. В детской литературе мы видим рост до 7–8% в год, в нон-фикшн – 4%, и после них следует стагнирующая художественная литература – как зарубежная, так и российская.

Какую часть образовательной литературы обеспечивает госзаказ?

Приблизительно половина рынка образовательной литературы – это учебники для школ. В том числе и бюджетные закупки субъектов РФ.

Год от года этот уровень растет?

Год назад они стагнировали. Последние два года растут, за прошлый год выросли на 20%, так как нужно обновлять школьные фонды библиотек.

В последнее время все чаще и чаще звучат призывы к переходу на цифровые образовательные платформы. Задачу по созданию «Цифровой школы» поставил премьер-министр Дмитрий Медведев, рабочая версия паспорта этого приоритетного проекта уже разработана Минпросвещения. Каким вы видите перспективы участия в нем холдинга? Целесообразно ли это?

Влияние цифровизации во всех сферах как перспективного и глобального вектора развития, без сомнения, будет усиливаться. Этому не только соответствует ряд приоритетов, обозначенных президентом Владимиром Путиным, это, если угодно, вызов времени, и мы не можем его не принять. Поэтому внедрение «цифры» в образовательный процесс — явление очевидное и предсказуемое. Конечно, сегодня еще гораздо больше вопросов, чем ответов, и регулятор — Минпросвещения — пока еще не представил полноценной «дорожной карты» создания «Цифровой школы», так что имеющуюся информацию сложно комментировать. На данный момент речь идет о создании некоей цифровой экосистемы, на базе которой будет возможна реализация проекта.

Александр Брычкин: Бизнес мог бы оказать помощь и поддержку государству в сфере образования

Другой вопрос в том, есть ли смысл изобретать велосипед? Не лучше ли, с точки зрения рационального использования времени и средств, интегрировать уже существующие решения? Например, воспользоваться уже апробированной и доказавшей свою эффективность образовательной платформой, технологические решения для которой разработаны корпорацией «Российский учебник» можно уже сегодня. Педагоги во всех регионах нашей страны подключены к этой платформе, там размещены весь необходимый объем учебной литературы для 1-11 классов, дополнительные образовательные сервисы. Сейчас для реализации амбициозной задачи создания «Цифровой школы» требуется около 0,5 трлн рублей. Средства не маленькие как на горизонте вложения, так и перспектив по их окупаемости. Задача нетривиальная, и бизнес, на мой взгляд, мог бы здесь оказать помощь и поддержку. Инвестиции в образование — глобальный тренд. И мы не планируем оставаться в стороне. Можете считать это официальным заявлением: «Российский учебник» выступает с инициативой по предоставлению нашей платформы для проекта «Цифровая школа» и готов активно участвовать в его реализации.

Какова позиция холдинга «Эксмо-АСТ» в судебном споре между издательствами «Вентана-Граф» и «Просвещение»?

Моя позиция как президента холдинга – вынесенные в первой инстанции решения не обоснованы. Мы считаем, что были допущены многочисленные процессуальные нарушения. Наши доводы не были услышаны. После получения мотивирующей части мы будем подавать апелляцию, предусмотренную законом. Параллельно рассматривается наш встречный иск, по которому состоялись два предварительных заседания. Кроме того, мы опротестовали саму регистрацию знаков ФГОС «Просвещением» и, как вы знаете, Роспатент согласился с нашей аргументацией. Таким образом мы получили дополнительный аргумент для апелляционой инстанции.

В чем суть вашего первоначального обращения в Палату по патентным спорам?

Там три основных пункта. Первый – обозначение, зарегистрированное в качестве товарного знака, не обладает различительной способностью, поскольку является эмблемой Федерального государственного образовательного стандарта (ФГОС). Второй – это обозначение является ложным и способно ввести в заблуждение относительно маркируемых им товаров (услуг). Третий – регистрация товарного знака противоречит общественным интересам.

И вы настроены решительно?

Мы рассматриваем все это как элемент конкурентной борьбы с целью монополизации рынка. Сегодня на рынке учебной литературы доля издательств «Российского учебника» не превышает 30%, при этом «Просвещение» занимает уже 60%, Наше обращение в ФАС сейчас рассматривается.

Сумма этого иска около 4 млрд рублей. Как можно оценить подобную сумму в масштабах книжного рынка?

Точная сумма иска – 3,7 млрд рублей. Книжный рынок сегодня составляет порядка 70 млрд рублей, так что можно утверждать, что это почти 5% от всего рынка.

Вопросы задавала Елена Васильева / АБН

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here